Исследование: «Дом-книжка на Новом Арбате — архитектурный артефакт советской утопии в постсоветском ландшафте»
Дата экспедиции: Сентябрь–октябрь 2019 г.
Место: Дом-книжка (книжный магазин «Москва», ныне часть ТЦ «Новый Арбат»), Новый Арбат, 8, Москва, Россия.
Цели исследования:
Изучить дом-книжку как социокультурный артефакт позднего советского модернизма: его роль в повседневных практиках москвичей, трансформацию от «храма книги» к коммерческому пространству и влияние на городскую идентичность в эпоху потребления.
Методы работы:
-
Полевые наблюдения (45 часов): Дневные и вечерние сессии у фасада и внутри здания — фиксация трафика пешеходов, уличных взаимодействий, визуального потребления (фотографии фасада, витрин, граффити).
-
Интервью и опросы (n=28): Полуструктурированные беседы с прохожими (молодежь, пенсионеры, туристы), бывшими сотрудниками магазина (3 человека) и посетителями ТЦ (25 человек). Вопросы касались воспоминаний о здании в 1970–1990-е, текущего использования и ассоциаций с «книгой».
-
Анализ артефактов: Изучение архитектурных элементов (рельефы с книгами на фасаде), старых вывесок, внутренних экспозиций (книги, плакаты) и уличных надписей. Сравнение с архивными фото 1960-х (из открытых источников).
Ключевые наблюдения и выводы:
1. Архитектурный нарратив и повседневность
Здание, построенное в 1965 г. архитекторами А. Г. Рочеговым и А. В. Хряковым, визуально доминирует на Новом Арбате как «книжный монумент» — 12-этажный параллелепипед с рельефами открытых книг. В 2019 г. фасад сохранил следы утопии: облупившаяся штукатурка и граффити («Книги — не товар») контрастируют с блестящими витринами ТЦ. Полевые наблюдения выявили ритуалы: пенсионеры фотографируют фасад как «символ молодости», молодежь использует его как фон для сторис в Instagram, а мигранты — как ориентир в пространстве.
2. Социальные нарративы из интервью
-
Бывший продавец (муж., 68 лет, работал 1975–2005): «Это был ‘Дом знаний’ — люди приходили не только за книгами, но за идеями. Сейчас молл, как везде». Ассоциирует здание с брежневским дефицитом и «запретной литературой».
-
Студентка (жен., 22 года): «Круто выглядит, но внутри — Zara и кофе. Книги? Только в сувенирных отделах». Подчеркивает отчуждение от культурной функции.
-
Турист из провинции (муж., 45 лет): «Символ Москвы — как Красная площадь, но для умных». 70% опрошенных (20/28) связывают дом-книжку с советским прошлым, но только 25% заходят внутрь.
3. Артефакты и трансформации
Анализ выявил слои: советские рельефы (книги как метафора просвещения) соседствуют с неоновыми вывесками брендов. Внутри — остатки полок с классикой (Пушкин, Достоевский) в углу, но доминируют коммерческие товары. Граффити на боковой стене («Верните библиотеку!») — свежий артефакт протеста. Сравнение с 1960-ми фото показывает эрозию: от публичного «храма» к приватному потреблению.
Общий вывод:
Дом-книжка — палимпсест эпох: советская утопия просвещения вытесняется капиталистическим прагматизмом, но сохраняет магнит для ностальгии. В 2019 г. он функционирует как «культурный мем» — объект для взглядов, а не действий. Рекомендации: мониторить дальнейшую коммерциализацию и потенциал для общественных инициатив (поп-up библиотеки).
Команда экспедиции:
-
Ведущий этнограф
-
Ассистенты: 2 антрополога с опытом урбанистики.?